Исход адвокатов из белорусской адвокатуры продолжается

Опубликовано 21 июля 2022 года
Белорусская адвокатура переживает далеко не лучшие, а, пожалуй, даже худшие времена за все время своего существования. За период с 2020 года как минимум 5 адвокатов подвергаются или уже подверглись уголовному преследованию, 60 адвокатов лишено права заниматься профессиональной деятельностью. Но кроме прямого лишения права на профессию, можно наблюдать существенный отток людей из профессии, вызванный иными причинами, в частности, ухудшением условий адвокатской деятельности.

А что было раньше?

Следует отметить, что, судя по всему, данные перечни ведутся с недочетами, поэтому могут быть искажения информации в пределах 1-2 единиц, но не более.
В предыдущий раз перечень адвокатов и его изменения анализировались нашим проектом по состоянию на конец апреля 2022 года, то есть, три месяца назад. На эту дату в адвокатуре числилось 1818 адвокатов. За период с октября 2021 года уменьшение к апрелю 2022 года составило 216 адвокатов. Такой огромный почти разовый исход адвокатов из адвокатуры объясняется в первую очередь последствиями принятия в 2021 году изменений в законодательство об адвокатуре, которые по транслируемым представителями руководства адвокатуры мнениям (например, председатель Минской городской коллегии адвокатов В.Орешко это оптимистично называла "усовершенствованием" - подробнее в статье) многое улучшили, а на самом деле, по сути ухудшили абсолютно все.
Кратко об изменениях законодательства об адвокатуре.
Напомним, что в конце ноября 2021 года вступили в силу крайне одиозные изменения законодательства об адвокатуре, еще более усилившие зависимость и управляемость адвокатуры со стороны государственных органов (подробнее в материалах “Доступ к профессии: комментарий к изменениям в законодательство об адвокатуре”, “Аттестация/переаттестация адвокатов: новое (или старое) в законодательстве об адвокатуре”, “Расширение полномочий Министерства юстиции: изменения законодательства об адвокатуре”, “Назначение органов адвокатского самоуправления Министерством юстиции: комментарий к изменению законодательства об адвокатуре”). Ключевыми изменениями законодательства стали:
- Возможность стать адвокатом только при наличии согласия Министерства юстиции, выдаваемого по непрозрачной и произвольной процедуре;
- Крайне широкие полномочия Минюста по вмешательству в деятельность органов адвокатуры;
- Назначение Минюстом абсолютно всех руководителей и членов органов адвокатского управления;
- Ликвидация таких форм адвокатской деятельности, как деятельность в составе адвокатского бюро, а также индивидуальной деятельности;
- Расширение механизмов внеочередной и очередной переаттестации адвокатов, которая используется в качестве механизма расправы над неугодными адвокатами;
- Концентрация функций по привлечению адвокатов к дисциплинарной ответственности в органах адвокатского управления, назначаемых Минюстом;
- Изъятие ключевых полномочий от органов адвокатского представительства (конференция или съезд адвокатов) в пользу органов адвокатского управления, назначаемых Минюстом;
- Утверждение Правил профессиональной этики адвокатов Минюстом единолично.
Эти изменения крайне негативно оценивались адвокатским сообществом, многие собирались покинуть профессию – не все были готовы осуществлять деятельность в составе консультаций, не все были готовы на такое ограничение в профессии, не все видели возможность оказывать качественную юридическую помощь в ситуации зависимости и подконтрольности адвокатов государству.
И одно из таких ухудшений - ликвидация таких видов адвокатской деятельности как осуществление индивидуальной адвокатской деятельности и деятельности в составе бюро - вызвало достаточно серьезный исход из профессии той ее части, которая ранее работала индивидуально или в составе бюро. Из 216 “пропавших адвокатов” 90 осуществляли деятельность в составе бюро, и еще 36 осуществляли деятельность индивидуально, соответственно 42% и 17% из общего числа ушедших, при доле этих групп в общем количестве адвокатов 17% и 13%. То есть, доля этих групп адвокатов в числе адвокатов, прекративших свою деятельность, заведомо превышала их долю в общем числе адвокатов.
Так, наблюдалась картина серьезного влияния изменений закона на те группы адвокатов, которые, по заверениям функционеров Министерства юстиции и БРКА, якобы никак не затронуты “реформой”.

Минус 41, плюс 3 - баланс за 3 месяца.

А что сейчас? Переломилась ли тенденция ухода адвокатов из адвокатуры? Давайте посмотрим. Итак, базовая цифра на 18.07.2022 - 1780 адвокатов. Следует отметить, что с апреля месяца в адвокатуру было принято 3 адвоката, соответственно, с апреля 2022 ушел из адвокатуры 41 адвокат. То есть, “прирост” сугубо отрицательный.
Теперь следует изучить, за счет каких категорий адвокатов произошло это изменение численности, сохранилось ли влияние фактора запрета “удобных” видов осуществления деятельности на уход адвокатов.
Относительно адвокатских бюро следует отметить, что из 41 ушедшего адвоката за три последних месяца только 5 ранее осуществляли деятельность в составе бюро. 3 из них лишились права на профессию в результате принудительных процедур (имеется в виду, очевидно, не по своей воле, и как правило, в связи с неудобной власти профессиональной деятельностью). То есть, только уход двоих адвокатов бюро теоретически можно соотнести с ликвидацией такой формы адвокатской деятельности, как деятельность в составе бюро, что очень сильно отличает этот “исход” от “исхода” в предыдущий период, когда процент исхода адвокатов бюро был в десять раз выше.
Адвокаты-индивидуалы “представлены” восемью адвокатами, из которых по “недружественным” процедурам лишились права на профессию 3 адвоката, соответственно, уход 5 адвокатов можно связать с ликвидацией таких форм деятельности, как индивидуальная деятельность, что соответствует доле этой группы адвокатов в адвокатуре в общем.
Таким образом, в какой-то мере можно сделать вывод, что факторы ликвидации таких форм адвокатской деятельности как индивидуальная деятельность и деятельность в составе адвокатского бюро перестали быть первоочередной причиной “исхода” адвокатов.
То есть, уже неуместно использовать такое ранее часто встречавшееся объяснения прекращения некоторыми адвокатами своей деятельности, как ликвидация неких, якобы необоснованных привилегий, которые имели адвокатские бюро и адвокаты-индивидуалы. Это была удобная псевдопричина (что-то наподобие приструнивания “жирных котов”, но уже в адвокатской среде) для обоснования ухода адвокатов на первом этапе принятия закона, но сейчас этот фактор, судя по всему, уже не имеет никакого значения.
Конечно же, следует отметить, что приход и уход адвокатов может осуществляться и в связи с естественными причинами, например, пенсией. Мы не имеем доступа к первичной информации, поэтому вынуждены делать некоторые допущения и предположения. Отметим, что 9 “ушедших” имеют лицензии от 1993 года, то есть, попадают под возможный уход в связи с наступлением пенсионного возраста. Эта цифра в какой-то мере коррелирует с эмпирическими данными о среднем проценте уходящих на пенсию в год.
То есть, относительно трех десятков адвокатов, покинувших адвокатуру с апреля 2022 года, можно с определенной долей уверенности сказать, что на их решение повлияло общее изменение условий осуществления адвокатской деятельности. Следует отметить, что мы не говорим о целенаправленных действиях по выдавливанию конкретных специалистов из профессии, мы говорим о том, что глобальное изменение числа адвокатов является следствием глобального изменения условий деятельности. То есть, “реформа” имеет очевидно негативные последствия.

Что может быть дальше?

Говоря о будущем, нельзя не видеть количество новых адвокатов, принятых за три месяца — 3. Мы допускаем, что сейчас по неизвестным причинам опубликована информация не о всех вновь принятых адвокатах, однако количество вновь принятых за период с начала ноября 2021 года по конец марта 2022 года (за 5 месяцев) составило 18 адвокатов, что тоже совершенно недостаточно для восстановления количества адвокатов, которое имело место до “реформы” 2021 года и начала репрессий 2020 года.
По неофициальной информации, руководство Министерства юстиции заявляло о поставленной цели по доведению числа адвокатов до количества до реформы 2013 года, то есть, около 1400 адвокатов. Мы не можем ни опровергнуть, ни подтвердить, но в реальности наблюдается именно эта ситуация.
Если сравнить обеспеченность адвокатами населения в Беларуси и в других странах с относительно похожим укладом, то Беларусь даже в моменты самого большого количества адвокатов очень сильно отставала от других стран. Так, в Беларуси обеспеченность адвокатами в настоящий момент примерно один адвокат на 5000 человек. В Грузии, например, этот показатель составляет 1 адвокат на 800 человек, в Молдове - 1 адвокат на 1500 человек, в Украине - 1 адвокат на 1000 человек, в Российской Федерации - 1 адвокат на 2000 человек. Соответственно, ситуация с доступностью юридической помощи будет существенно ухудшаться.
Кроме того, нельзя не упомянуть, что в течение 2021 года было ликвидировано множество правозащитных организаций, который “оттягивали” на себя оказание юридической помощи различным уязвимым группам - людям с инвалидностью, беженцам, иностранцам, лицам с опытом бездомности и иным лицам, которыми крайне редко занималась традиционная адвокатура, и как правило, без наличия соответствующих знаний и опыта. Исходя из этого, доступность юридической помощи будет еще более существенно ухудшаться. И, судя по всему, воля управляющих органов направлена на реализацию этого тренда.
Исходы из внутренних дискуссий в адвокатской среде последствия такой политики уже приводят к тому, что все сложнее и сложнее найти адвоката, особенно для представления интересов по политически мотивированным делам. Наш проект продолжит наблюдать за развитием ситуации.
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности, а также даете согласие на направление вам сообщений по электронной почте.
Made on
Tilda